В начало » АНТИТЕРРОР » ЭТО СЛУЧИЛОСЬ НА “ПЕРВОМАЙСКОЙ”


ЭТО СЛУЧИЛОСЬ НА “ПЕРВОМАЙСКОЙ”

Сегодня совершенно очевидно, что если бы преступников не делили по национальному признаку (равно как и простых людей: вспомните пресловутую 5-ю графу в анкетах во времена социализма), наверняка не было бы тех проблем на национальной почве, с которыми мы сталкиваемся до сих пор. Уверен, что в нашей многонациональной стране - это, в конце концов, произойдет. Очень бы хотелось, чтобы пораньше... И пусть напоминание 30-летней давности станет лишним поводом, чтобы над этим задуматься.


«В этом году исполнилось тридцать лет с момента трагедии, произошедшей на станции метро «Первомайская». Тогда, в далеком уже 1977 году, метро впервые стало объектом теракта. В те «закрытые» времена об этом в прессе практически ничего не сообщали, хотя известно, что террористы были схвачены и понесли заслуженное наказание. Можно ли сегодня, спустя тридцать лет, узнать подробности этого дела?


Василий Артамонов, улица 9-я Парковая».


На фоне многих нынешних событий, как печальных, так и радостных, невольно забылось одно, 30-летней давности. А ведь произошедшее 8 января 1977 года на станции метро «Первомайская» стало серьезным поводом к размышлению. И своеобразным началом эры использования одних людей - мирных и незащищенных - для удовлетворения амбиций других - кровожадных и морально уродованных. Эхо от этих амбиций и взрывов в подземке несколько раз потом пронеслось по стране. Они унесли много человеческих жизней, стали квалифицироваться как теракт, но самое страшное не это. Даже спустя 30 лет никто не может гарантировать, что следующего раза не будет. И что именно ты не окажешься в числе тех, кто уйдет на закланье только потому, что у кого-то поехала крыша. Об этом нужно помнить всегда.


Взрыв в вагоне поезда метро, подъезжавшего к станции «Первомайская», прогремел около 17.30. Чуть позже в центре Москвы взорвались еще два устройства: одно - в гастрономе на улице Дзержинского, другое - в мусорной урне на улице 25 Октября.


Общее количество жертв было обнародовано лишь два года спустя, после того, как преступникам был вынесен смертный приговор. 7 человек погибли, 37 получили ранения. Значительно большего количества жертв удалось избежать потому, что взрыв в поезде произошел не в туннеле, а на открытом участке пути.


Официальные сообщения о терактах появились через два дня и были довольно скупыми. Зато не было недостатка в слухах. В московских трамваях, очередях, курилках обсуждали фантастические подробности происшествий, рассказывая о сотнях жертв. В головах у простых граждан не укладывалось: на какую выгоду рассчитывал злодеи? А главное - кто? Иностранные шпионы, маньяки, а может быть, диссиденты...? Примечательно, что ни Московская Хельсинкская группа (МХГ), ни другие подобные организации, на которые поначалу тоже «катили бочку», не имели отношения к теракту, но в дальнейшем именно они сыграли в этом самую неприглядную роль.


Через четыре дня после взрывов к мировой общественности обратился академик Андрей Сахаров, который высказал свои предположения о том, что взрыв в московском метро и трагическая гибель людей - это «новая и самая опасная за последние годы провокация репрессивных органов». Известный академик-правозащитник откровенно намекал: если в стране произошло что-то чудовищное и есть даже малейшие сомнения относительно виновника - значит, виноваты органы: «Настолько велика, по-видимому, ненависть к национальным меньшинствам».


К расследованию преступлений подключили лучшие силы госбезопасности. О ходе следствия регулярно докладывалось тогдашнему председателю КГБ Юрию Андропову и лично товарищу Брежневу. Прежде всего, дотошно были изучены место происшествия, сам пострадавший вагон, буквально разобранный на винтики, и плотные залежи снега вокруг путей метро. Это дало положительный результат: в одном из осколков была опознана ручка от чугунной гусятницы (кастрюли для жарки гуся).


Эксперты установили, что именно эта кухонная посудина с крышкой послужила контейнером для взрывного устройства. По отдельным фрагментам восстановили, как выглядела хозяйственная сумка из кожзаменителя, в которой переносили смертоносный груз. Фотографии гусятницы и сумки были разосланы в отделения милиции по всей стране. Вскоре в Ташкентском аэропорту при досмотре была задержана женщина с точно такой же сумкой. Внутри оказалась обычная поклажа, но по ярлыку удалось установить место ее изготовления - город Ереван. Туда же вели следы и от металлической шпильки, обнаруженной возле взорванного вагона и тоже служившей частью адской машины.


Специальная следственная группа вылетела в Ереван. Сложно сказать, как именно предполагалось искать следы преступления в большом городе, но террористы неожиданно сами дали о себе знать. Уверовав в свою безнаказанность (с момента взрыва прошло больше полугода), они решили повторить теракт и прибыли в Москву с очередной адской машинкой. Ее предполагалось взорвать в зале ожидания Курского вокзала. Все для этого было сделано, но... сумка со смертоносным содержимым благополучно простояла в многолюдном зале чуть ли не сутки, пока, кто-то из пассажиров в нее случайно не заглянул, и не взорвалась по банальной причине: у взрывного устройства сели батарейки. Преступники же, будучи уверенными, что взрыв произойдет обязательно, оставили в сумке собственную одежду.


Террористов взяли в поезде «Москва-Ереван». Ими оказались граждане А.Степанян и 3.Багдасарян - жители Еревана. Но сразу же начались неожиданные препятствия. Руководителю следственной группы позвонил лично первый секретарь ЦК Компартии Армении Демирчян и потребовал немедленно прекратить беззаконие и произвол, творимые следователями из Москвы. Возмутилось и руководство КГБ Армении. Следственная группа была вынуждена согласиться с требованием освободить задержанных, но только после обыска на их квартирах. Это был единственный шанс, и он себя оправдал. В доме у Степаняна обнаружили детали, предназначавшиеся для новых взрывных устройств. Кроме того, через него следствие вышло на третьего участника преступной группы, точнее ее идеолога и организатора, - Степана Затикяна.


Затикян, родившийся в 1947 году, успел к тому времени отсидеть по политической статье. Ему инкриминировалось создание национально-объединенной партии. Слово «партия», конечно, по тем временам - это слишком громко, но сегодня никак иначе подобное формирование не называлось бы. Группа единомышленников не только выступала за создание независимой Армении с присоединением районов, находящихся в Турции, и рассматривала проведение плебисцита по вопросу отделения своей республики от ненавистного русского владычества, но и выпускала газету с соответствующими призывами.


До конца так и не удалось выяснить, что заставило Затикяна и компанию взяться за бомбы, но одна из версий (особенно через призму времени) выглядит наиболее достоверно. Ко времени теракта в московском метро Затикян, освободившийся из заключения, окончательно решил вести борьбу с советскими «оккупантами» из-за рубежа. Для этого он искал любую возможность выехать на ПМЖ в одну из капстран. А чтобы там оказаться в качестве дорогого гостя, этот негодяй накануне эмиграции решил расширить свой послужной список «славных» дел на Родине.


Затикян не был обычным преступником, а слыл человеком с большими и давними заслугами в деле борьбы с ненавистным ему режимом. Он даже жену выбрал себе по идейным соображениям: родную сестру известного по тем временам армянского диссидента Паруйра Айрикяна. Это отчасти объясняет то обстоятельство, что, как только он оказался в тюрьме на Лубянке, у него появилось множество добровольных адвокатов из числа правозащитников.


Откуда им были известны подробности дела, о котором в открытой печати ничего не сообщалось, так и осталось тайной.


Сразу после закрытого суда, на котором Затикян и его подельники были приговорены к смертной казни, академик Сахаров обратился к Брежневу с открытым письмом, которое было подписано еще несколькими членами МХГ. Текст его немедленно озвучили по всем «вражьим голосам». Нет смысла приводить его дословно сегодня, тем более что аргументация защитников главного террориста была очень слабой и сводилась в основном к тому, что «он никак не мог совершить это преступление, потому что бывший политзэк не уголовник; к тому же диссидент со стажем...» В качестве самого железного аргумента приводилось то обстоятельство, что Затикян в момент совершения взрыва находился в Ереване и что этому есть множество свидетелей и документальные подтверждения. Наивные люди! А то можно подумать, что радуевы, масхадовы, хаттабы и прочая шушера лично выезжали на место совершения злодеяний, которые творили их «шестерки».


В письме было высказано и предположение: мол, не получится ли так, что виновными теперь окажутся все армяне, а это вызовет национальную рознь. Странно (если не сказать большего): неужели взрослые люди— «подписанты» действительно считали, что лучшее средство против национальной розни - безнаказанность террористов? Национальная тема, кстати, по сей день остается любимым аргументом у разного рода правозащитников и пляшущих под их дуду журналистов. Так было после взрывов домов в Москве и Каспийске, во время «Норд-Оста» и последнего теракта в московском метро, когда стало известно о заказчиках. Даже после кровавого расстрела студентов в университете Виржинии первой заботой почему-то стала судьба несчастных национальных меньшинств. А ну как люди начнут громить инородцев, или еще страшнее - официальные власти устроят депортацию.


Тогда, в конце 79-го, подобные опасения возникали не только у правозащитников. После вынесения приговора террористам (спустя 6 дней после суда он был приведен в исполнение, а правозащитник Сахаров в знак траура по казненным объявил однодневную голодовку. - Авт.) партийное руководство Армении продолжало вести линию «глухой обороны». Было сделано все, чтобы скрыть от населения республики это кровавое преступление. Ни одна из газет, выходившая на армянском языке, не опубликовала сообщения о террористическом акте в Москве и о причастности к нему их земляков. Документальный фильм о процессе, снятый во время заседаний Верховного суда запретили показывать даже партийному активу Армении; его демонстрировали лишь в узком кругу высшего руководства. На экраны фильм так и не вышел, хотя мог бы принести немалую пользу. Руководство республики мотивировало этот запрет нежеланием компрометировать армянский народ в глазах русских...


Виктор СИРЫК


 “Преображенская площадь”. N15. 27 апреля – 3 мая 2007 года



ПОСЛЕСЛОВИЕ


Несколько дополнительных штрихов к вышедшему в газете “Преображенская площадь” материалу.


От себя могу добавить следующее. В следующем за взорванном поезде ехала моя сестра, кстати, талантливый конструктор, один из изобретателей легендарного гранатомета АГС-17 “Пламя”. А могла бы ехать и в том самом, дело случая. Ей повезло, а тем людям – нет. Но они такой смерти не заслужили.


Взорванный вагон до окончания следствия оставили стоять на открытом месте в депо около станции метро “Измайловская”, и сотни тысяч москвичей могли его видеть, когда проезжали по открытой линии метро от станции “Измайловской” до “Измайловского парка” или наоборот от “Измайловского парка” до “Измайловской”, когда ехали на работу или возвращались с работы. И вид покореженного вагона наводил на определенные мысли.


Придя на работу в органы государственной безопасности, мне удалось встретится с разными людьми, которые осуществляли розыск и поимку преступников.


Масштабная была операция.


Выдержка из книги "КГБ И ВЛАСТЬ" бывшего заместителя председателя КГБ СССР Филиппа Бобкова “НАЦИОНАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ”


«...В 1977 году в Москве прогремели три взрыва: на улице 25 Октября (ныне Никольская), в магазине на площади Дзержинского (Лубянка) и в метро между станциями "Измайловский парк" и "Первомайская" - в результате погибло и было ранено более 29 человек. Никаких следов злоумышленников обнаружено не было. Чем могли быть вызваны эти кошмарные акты? Преступникам было явно безразлично, кого убивать, а ведь политический террор обычно направлен против каких-то конкретных лиц. Версия мести или попытки грабежа тоже отпадала.


Преступники скрылись, и никто не взял на себя ответственность за террористический акт, значит, не преследовалась цель привлечь общественное внимание. Оставалось одно: они решили безжалостно, варварски уничтожать мирных, ни в чем неповинных людей - мстить стране. А отсюда следует, что мотивы преступления были все же политическими.


Началась кропотливая работа следствия. По крохотным осколкам удалось восстановить емкость, в которой находилось взрывное устройство (это была гусятница), а затем собрать и само устройство, заложенное в метро.


Взрыв произошел зимой на наземном участке полотна, и чтобы собрать осколки, пришлось несколько дней растапливать снег. По мелким клочкам и ошметкам восстановили и сумку, в которой находился смертоносный груз.


Разыскали пассажиров, находившихся в вагоне метро во время взрыва, и рассадили их на те же места, где они сидели в момент происшествия. Они дали описание людей, которые выходили из вагона на станциях до того, как произошла трагедия.


Учитывая, что взрывы были произведены в трех местах, у следствия возникло предположение: возможно, где-то еще готовились подобные акции. И оно подтвердилось. Опущу пространный рассказ о том, сколько труда и изобретательности потребовалось от оперативников, пока они несколько месяцев спустя не обнаружили на Курском вокзале точно такое же взрывное устройство, но оно, к счастью, не сработало. По словесным портретам, сделанным пассажирами, видевшими владельцев сумки со взрывным устройством на Курском вокзале, начались поиски. Приметы оказались характерными. Террористов было двое, один из них в синем спортивном костюме и, что наиболее существенно, оба - армяне. Правда, армян можно встретить едва ли не в любом городе, но, тем не менее, поиски начались, прежде всего, в Армении.


Сотрудники оперативно-розыскной службы встречали все самолеты и поезда, прибывавшие из Москвы в Ереван, поиски велись и в других местах.


Из первого же московского поезда, прибывшего в Ереван, вышли двое мужчин, по всем приметам похожие на тех, которых видели на Курском вокзале. Их задержали (это были Степанян и Багдасарян). Один из них являлся участником националистической нелегальной группы, которой руководил некий Затикян. При обыске у него на чердаке обнаружили гусятницу - точно такую же, как та, что взорвалась в метро. После задержания преступникам предъявили собранную из осколков гусятницу и еще кое-какие вещественные доказательства. Отпираться они не могли. Что же толкнуло их на столь бесчеловечный акт?


Оказалось, все трое являлись членами нелегальной националистической партии, ставившей целью борьбу против советского строя, а следовательно, против Москвы. Они решили мстить русским, неважно, кому именно: женщинам, детям, старикам - главное, русским.


Казалось бы, этот случай должен был привлечь внимание партийных и государственных руководителей, побудить искать пути устранения причин, ведущих к межнациональному расколу. Однако никаких действий, кроме работы следственных органов и суда, проходившего в Москве, не последовало. А армянское руководство сделало все, чтобы скрыть от населения республики это кровавое преступление. По указанию первого секретаря ЦК компартии Армении Демирчяна ни одна газета, выходившая на армянском языке, не опубликовала сообщения о террористическом акте. Документальный фильм о процессе над Затикяном и его сообщниками, снятый во время заседаний Верховного суда, запретили показывать даже партийному активу Армении, его демонстрировали лишь в узком кругу высшего руководства. На экраны фильм так и не вышел, хотя мог принести немалую пользу и помочь в воспитательной работе. Руководство республики мотивировало запрет нежеланием компрометировать армянский народ в глазах русских.


А вскоре в "Известиях" появилось выступление академика А.Д.Сахарова, который протестовал против якобы незаконного ареста армян. Он отказывался верить, что трое террористов могли приехать в Москву для совершения своего злодеяния. Надо было видеть бурное возмущение Демирчяна: как смел Сахаров оглашать фамилии преступников, кто дал разрешение редакции печатать этот материал!


Даже из факта террора никто не хотел делать политических выводов, борьба с террором - это, дескать, сфера деятельности КГБ, на то они и чекисты, чтобы предупреждать подобные акции и не допускать их, а раз уж такое случилось, пусть сами и расхлебывают. Никто не желал вникнуть в существо вопроса и понять - только разъяснительная работа, направленная против дашнакской пропаганды, могла предотвратить беду. Руководители и в центре, и на местах не хотели понять, что на этом дело не кончится. Даже несколько лет спустя, когда националистические тенденции в республике стали нарастать, а дашнаки все активнее насаждали в Армении свою идеологию, местное руководство не давало им должного отпора и, по-видимому, неслучайно...»



Хочу отметить у Ф.Д. Бобкова только две фразы: “Никто не желал вникнуть в существо вопроса” и “на этом дело не кончится’.


Было в этом много трагического, но жизнь есть жизнь, было и другое.


Расскажу об одном случае, который приключился с моим товарищем, в то время офицером Комитета государственной безопасности СССР, назовем его Анатолием П., кстати, крылатые выражения Анатолия П. вошли в книгу другого моего товарища Андрея Паршева “Почему Россия не Америка” (тем кто хочет полюбопытствовать, советую прочитать эту книгу).


Так вот, Анатолий П. был заядлым охотником, а проверялись после взрывов на причастность не только потенциальные террористы, но и все лица так или иначе связанные с оружием, в том числе и охотничьем. Один из “товарищей” Толика, но сотрудник другого подразделения, и спросил его во время “дружеской” беседы, а не рыбак ли Анатолий и не хочет ли он поглушить рыбку динамитом? … И Толик не устоял. А дальше закрутилось такое, о чем никто даже и подумать не мог.


Соответствующая бумага “товарища” ушла по инстанции. Толика начали проверять на возможную причастность к взрывам, а проверяли основательно – до 7 колена, и “обнаружили”, что дед Анатолия во время Великой отечественной войны служил в немецкой государственной тайной полиции (проще говоря, гестапо). У ребят, которые этим делом занимались, видимо, дух перехватило от перспективы.


Гестаповский выкормыш пробрался в органы безопасности, интересовался динамитом, …


И померещились уже нашим героям ордена на кителях и новые звезды на погонах. И никакие объяснения Толика, что дед его был заслуженный человек, что у него правительственных наград – не у каждого ветерана столько есть, никакого воздействия не возымели. От работы Анатолия фактически отстранили, и ждал он в лучшем случае увольнения, в худшем – ареста.


Хорошо, что на дворе был уже не 1937 год, а мама Анатолия П. была известной летчицей, Героем Советского Союза, по книге которой был снят известный фильм про женщин-лётчиц, которые летали и громили врага на У-2 – наших легендарных ночных бомбардировщиках.


Прошло некоторое время, вызывают Толю в соответствующее подразделения и …


“Вы можете гордится своим дедом, он был разведчиком и работал в гестапо переводчиком по нашему заданию”...


Владимир КОМИССАРОВ, член Общества изучения истории отечественных спецслужб



Фото:


1. Вагон метро взорванный на перегоне ст. Первомайская - ст. Измайловский парк в 17 часов 33 минуты 8 января 1977 года


2. Помещение магазина №15 взорванного в 18 часов 05 минут 8 января 1977 года


3. Макет бомбы из гусятницы.


Рекламные объявления:
ООО ЧОП "АЛЬФА-Б" работающее на рынке охранных услуг более 10 лет в связи с расширением клиентской базы приглашает охранников на постоянную работу на объекты в городе Москве и ближайшем Подмосковье.
Телефон: 8 (499) 766-9500
www.alpha-b.ru
Поиск Яндекс по сайту
Внимание! Результаты откроются в отдельном окне!

Отправить заявку на рекламу

 
Rambler's Top100
Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл ФС77-23889 от 31 марта 2006 г.

Адрес редакции: 119034, Москва, Хилков пер., 6
тел: +7 (499) 766-95-00 | Email: info@chekist.ru
© 2002-2013
Союз Независимых Cлужб Cодействия Коммерческой Безопасности
*Перепечатка материалов допускается только с указанием активной ссылки на сайт www.Chekist.ru
*Мнение редакции может не совпадать с мнением авторов
Реклама:
Написать письмо в Редакцию
Разработка сайта:
Студия ИнтернетМастер

Поддержка сайта:
НПП ИнтернетБезопасность


Создание Сервера: В.А.Шатских